International Scientific Conference «The Commission of Russian and Polish Historians at the Beginning of the 21st Century: Results, Tasks, Perspectives»
Table of contents
Share
QR
Metrics
International Scientific Conference «The Commission of Russian and Polish Historians at the Beginning of the 21st Century: Results, Tasks, Perspectives»
Annotation
PII
S0869544X0019982-3-1
Publication type
Review
Status
Published
Authors
Boris Nosov 
Occupation: Head of Department of the history of Slavic nations of the Central Europe in the Modern Times
Affiliation: Institute of Slavic Studies RAS
Address: Leninsky Prospect, 32A, Moscow, Russia, 119991
Kirill Kochegarov
Occupation: Leading Research Fellow of Department of the history of Slavic nations of the Central Europe in the Modern Times
Affiliation: Institute of Slavic studies RAS
Address: Leninsky Prospect, 32A, Moscow, Russia, 119991
Edition
Pages
141-147
Abstract

               

Received
05.05.2022
Date of publication
20.06.2022
Number of purchasers
0
Views
30
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf
Additional services access
Additional services for the article
Additional services for the issue
1 Уже более полувека, начиная с 1969 г., Комиссия историков России и Польши регулярно проводила свои двусторонние научные конференции, в которых неизменно принимали участие ведущие ученые. Нередко к ним присоединялись историки из других стран. Эти конференции проходили поочередно в России (в СССР) и в Польше, большей частью в Москве и в Варшаве. Их также принимали и другие города, университетские и научные центры обеих стран, например Минск, Смоленск, Псков, Казань или же Гданьск, Плоцк, Пултуск. Конференции Комиссии историков России и Польши стали в начале XXI в. важным мероприятием в программе Дней польской и российской науки, которые в торжественной обстановке проходили с 2001 по 2011 г.
2 Конференция 2021 года занимает в этом ряду особое место. По плану она в этом году должна была проходить в Москве, ее подготовка активно развернулась и в России, и в Польше. Однако короновирусная пандемия, кардинально повлиявшая на все стороны нашей общественной и научной жизни, внесла в эти планы принципиальные изменения. Транспортное сообщение между Россией и Польшей прервалось, научные связи и контакты, как и личное общение ученых, были крайне ограничены и вынужденно переместились в пространство Интернета. Поэтому российская и польская стороны пришли к общему решению: в надежде на изменение внешней ситуации к лучшему, перенести очередную московскую конференцию на 2022 г., а в 2021 г. провести внеочередную конференцию в сети Интернет, С технической стороны это было ответственное и не ординарное решение из-за отсутствия подобного опыта в истории Комиссии. Надо сказать, что оргкомитет, технической частью работы которого руководила секретарь Комиссии Л.П. Марней, по общему мнению, успешно справился с этой отнюдь не простой задачей, разрешив все возникшие проблемы. Другой существенно важной проблемой стал выбор темы нашей конференции: во-первых, в последние два-три года и в России, и в Польше, и в целом на международной арене проблемы исторического прошлого обсуждаются с возрастающей интенсивностью и все больше приобретают в общественном мнении политизированный характер; во-вторых, межгосударственные и политические отношения России и Польши развиваются в последние годы по нисходящей линии, что не может не вызывать ни обеспокоенности, ни сожаления; в-третьих, как уже было отмечено выше, пандемия и ее последствия наложили отпечаток на все стороны общественной жизни. Поэтому оценка работы Комиссии историков, тенденций развития исторической науки в России и в Польше, обсуждение перспектив российско-польского научного сотрудничества и актуальных задач Комиссии историков России и Польши приобретают особое значение. Этими обстоятельствами был обусловлен выбор темы московской конференции, которая и вынесена в заглавие нашего обзора.
3 Организатором работы конференции выступила российская часть Комиссии историков России и Польши, центром ее проведения – Институт славяноведения РАН. Конференция проходила в Москве 27−28 октября 2021 г. В ее работе приняли также участие члены Комиссии, представлявшие Институт российской истории РАН, Московский государственный университет, Казанский университет, Высшую школу экономики, Институт истории науки ПАН, Варшавский университет, Университет им. Яна Кохановского (Кельце).
4 В докладах, представленных на конференции, и в выступлениях участников дискуссии был поставлен ряд важных научных проблем. Думается, что первое место (по значению) принадлежало проблемам методологии исторической науки. Соответствующие вопросы были поставлены в докладах сопредседателей комиссии Л. Заштовта («Между традиционализмом и постмодернизмом: к вопросу о методологии изучения новейшей истории стран и народов Центральной и Восточной Европы») и Ю.А. Петрова («Комиссия историков России и Польши и задачи исторического образования»), а также Я. Шумского («Из истории Комиссии историков России и Польши: опыт научного анализа»).
5 Докладчики, хотя и по-разному, обосновали общий вывод, что рубеж третьего тысячелетия ознаменован вступлением человечества в новую историческую эпоху, принесшую с собой новые угрозы и вызовы, которые историческая наука еще не осознала. В этом, по мнению Л. Заштовта, коренятся причины кризиса исторической науки, выход из которого докладчик видит в расширении проблемного и тематического пространства изучаемых конкретных исторических явлений и процессов. Обобщение результатов этих исследований позволит развить наши представления о единстве исторического процесса и о его закономерностях. Ю.А. Петров, отмечая принципиальное методологическое значение концепции единства исторического процесса, подчеркнул, что преодоление субъективизма в исторических исследованиях играет немаловажную роль еще и потому, что под тезисом о праве историка на субъективный подход и на некую оригинальную интерпретацию явлений и процессов исторического прошлого нередко скрываются привнесенные в науку извне политизированные суждения, не способствующие поиску истины. Докладчики были единого мнения в том, что проблемы методологии должны занимать достойное место в работе Комиссии, ее задачей является не определение неких общих и согласованных стандартов методологии, как это бывало в нашем советском прошлом, а развитие свободной не политизированной дискуссии по методологическим проблемам между российскими и польскими учеными. Выступивший в дискуссии Л.Е. Горизонтов выразил мнение, что примером общего подхода к изучению исторического процесса могла бы стать концепция модернизации. Ю.А. Петров отметил в ответ, что упомянутая концепция основана на представлении о некой норме или стандарте «современности» в применении к историческому развитию, что последнее само по себе не поддается определению. Поэтому, по его словам, теория модернизации может иметь строго ограниченное применение только в отношении коротких исторических периодов и лишь отдельных конкретных стран, как, например, Россия эпохи Петра I или Речь Посполитая времени Четырехлетнего сейма 1788−1792 гг. В докладе Л. Заштовта прозвучал, в частности, тезис о положительном влиянии французской Школы «Анналов» на историографию стран Центральной и Восточной Европы, что в известной мере способствовало во второй половине ХХ в. преодолению в Польше и в России (в СССР) ограниченности официозной марксистской методологии. Поддержав тезис польского коллеги, чл.-корр. РАН Б.Н. Флоря, отметив в этой области вклад Комиссии историков России и Польши, подчеркнул, однако, что, говоря о Школе «Анналов», следует различать значение трудов ее основателей и поздних эпигонов. Влияние последних было, скорее, негативным, поскольку те в погоне за формальным новаторством и сомнительной сенсационностью отошли на позиции крайнего субъективизма.
6 В упомянутых докладах Ю.А. Петрова и Л. Заштовта видное место отводилось проблемам современного исторического образования. «Новое поколение, − подчеркнул Л. Заштовт, − особенно восприимчиво не только к словам, но и к образам. Это поколение, смотрящее клипы, фильмы, читающее комиксы и погруженное в Интернет, обладает специфическим образно-эмоциональным мировоззрением. Поэтому в преподавании истории сегодня важен будет не только и не столько выбор тем и проблем, но, прежде всего, способ их презентации, и в этой связи – отход от традиционных лекций в пользу повествований, обогащенных обращением к современным явлениям, повествований визуализированных и с учетом индивидуальных особенностей реципиентов». В этой связи, заключил Л. Заштовт, «революционные преобразования» в содержании и в методике преподавания истории вполне назрели.
7 Говоря о проблемах исторического образования, Ю.А. Петров отметил, что в работе Комиссии нашли отражение не только сугубо проблемы фундаментальной науки, но также и в значительной степени формирование в обществе системы исторических знаний. Он сослался на примеры последних лет, когда конференции были посвящены проблемам истории университетов и высшей школы, а также на участие членов Комиссии с российской и польской стороны в подготовке серии книг для российских и польских учителей, посвященных общей истории России и Польши в сравнительном изложении с XIV в. и до наших дней. Остановился докладчик и на работе Конгресса преподавателей истории в начале октября 2021 г. в Москве, в котором он руководил секцией. Петров отметил «два принципиальных тезиса: во-первых, о недопустимости конъюнктурного, антинаучного искажения истории и, во-вторых, что формирование новых концепций и интерпретаций должно осуществляться на основе всестороннего анализа исторического процесса, анализа конкретного соотношения сил и тенденций в конкретной исторически определенной ситуации, исключая догматический подход на основе антиисторического представления о неких трансэкзистенциальных ценностях». Возвращаясь к проблемам преподавания истории, он детально остановился на поднятом на Конгрессе вопросе о привлечении учащихся (школьников и студентов) к непосредственной работе с историческими источниками, в том числе и с архивными материалами, особо отметив, что важнейшим звеном в этой работе должны быть профессиональные историки: исследователи, источниковеды, комментаторы и, в первую очередь, – преподаватели. Как отмечалось в дискуссии, затронутые в докладах сопредседателей Комиссии вопросы имеют принципиальное значение для совершенствования ее работы.
8 Тема преподавания истории Польши в Московском университете была рассмотрена в докладе Г.Ф. Матвеева («Подготовка полонистов в Московском государственном университете им. М.В. Ломоносова»). Именно МГУ принадлежала роль первопроходца в России и в СССР в деле подготовки профессиональных историков-полонистов, начало чему было положено еще в конце 1930-х годов. Докладчик охарактеризовал вклад выдающихся ученых кафедры истории южных и западных славян исторического факультета МГУ в развитие исторической науки и в подготовку специалистов по истории Польши. Остановился он на учебных программах и на методике преподавания. Особый интерес слушателей вызвал данный Матвеевым анализ сегодняшней практики работы университета и кафедры в условиях перманентной реформы высшего образования в России в 1990−2000-е годы. Участники дискуссии отметили, что с аналогичными проблемами столкнулись и польские университеты. Прозвучала также мысль, что отмеченные негативные тенденции в не меньшей степени присутствуют и в университетах Западной Европы и в Америке. Главный вывод Матвеева, что магистральным путем совершенствования преподавания и подготовки специалистов является максимальный учет и раскрытие творческого потенциала студента, его заинтересованности в исследовательской работе уже на стадии специализации по кафедре, оказался созвучным аналогичному тезису Л. Заштовта о значении индивидуализации и личностной ориентации педагогической работы в высшей школе и, прежде всего, на университетском уровне. Матвеев особо остановился на вопросе о сотрудничестве коллектива кафедры с Комиссией историков России и Польши, которое внесло существенный вклад в развитие связей ученых Московского университета с учеными Польской академии наук и ведущих польских университетов, отметив, в частности, что профессора из Польши нередко принимают участие в проводимых в МГУ научных конференциях, посвященных проблемам российской истории.
9 Б.Н. Флоря в докладе «Комиссия историков России и Польши – актуальные задачи», говоря о «переплетении исторических судеб России и Польши», указал, что следствием этого «стало присутствие на территории Польши источников, важных для изучения русской истории, а на территории России – источников, важных для изучения польской истории». Он подчеркнул, что в силу разных объективных причин, например из-за перемещения и эвакуации архивных и музейных ценностей во время войн, такие исторические источники по воле случая могли оказаться в различных архивных собраниях и музейных коллекциях. Поэтому Комиссия историков России и Польши могла бы выступить с инициативой составления на двусторонней основе каталога или описи таких исторических источников польского и русского происхождения. Разумеется, подобная работа требует преодоления немалых формальных трудностей, прежде всего выделения для ее реализации двустороннего финансирования и выработки соответствующих критериев поиска, выявления и отчетности. Однако, полагает Б.Н. Флоря, Комиссия может дать импульс к началу столь важной для науки обеих стран работе.
10 Говоря об актуальных исследовательских проблемах, стоящих перед историками обеих стран, он обратил внимание на то, что в эпоху позднего Средневековья и раннего Нового времени на территории и России, и Польши (Речи Посполитой) наблюдается сходная картина главных процессов социально-экономического развития (правда, при условии существенных различий, хотя последние не носили принципиальный характер). Упомянутое сходство выявилось особенно ярко с формированием в обеих странах крепостнических отношений. Вместе с тем, в те же самые исторические периоды в обеих странах складываются совершенно разные модели отношений государственной власти и дворянского (шляхетского) сословия. В Польше, в России и в Литве названная социально-политическая система просуществовала более трехсот лет, до середины XIX в., что, безусловно, нуждается в сравнительно-историческом изучении историками трех стран. Свой вклад в организацию этой работы, констатировал Б.Н. Флоря, может внести Комиссия историков России и Польши.
11 Упомянутый тезис об общих чертах и особенностях социально-экономического и политического развития России и Польши Нового времени получил развитие в докладе Б.В. Носова «Комиссия историков России и Польши и российские исследования по проблемам истории Польши XIX в.». Докладчик отметил, что в новейшей российской и польской историографии существенно пересматриваются концепции развития России и Польши XIX в. по всем направлениям – от процессов экономического и социального развития до истории общественного движения и культуры. Пересмотр часто сопровождается огульным отрицанием достижений предшествовавшей историографии. Объективная аргументированная критика, отметил Носов, − естественный процесс развития научного знания, однако отрицание вкладов предшественников в науку без критического анализа только на основании «устарелости» или идеологической неактуальности противоречит логике развития науки и свидетельствует о наличии существенных кризисных тенденций, что послужило основанием обратиться к анализу вклада российской части Комиссии историков в исследования процессов трансформации России и Польши в XIX в. Этот круг проблем, как показал докладчик, занимал одно из центральных мест в работе Комиссии на протяжении всей ее деятельности, особенно в 1990-е и в 2000-е годы.
12 Обсуждение проблемы общности исторических судеб России и Польши в рамках европейской истории и культуры, начатое Б.Н. Флорей, было продолжено в докладах польских участников конференции, посвященных выдающимся польским ученым – признанным специалистам по истории России XIX в. В. Цабан и П. Глушковский представили доклад «Деятельность профессора Виктории Сливовской в Комиссии историков в контексте ее научных исследований». Докладчики особо отметили роль Сливовской в развитии творческого сотрудничества ученых России и Польши. Существенным вкладом в общее дело стала ее книга под говорящим заглавием «Россия – наша любовь», написанной совместно с мужем Рене Сливовским. В настоящее время готовится к изданию ее перевод на русский язык. Все это сыграло решающую роль, когда в 1998 г. Сливовская возглавила польскую часть Комиссии историков. О ее вкладе в польскую и российскую историческую науку не раз писали и польские, и русские авторы, в том числе и профессор В. Цабан [2. С. 81–94], однако в данном докладе в центре внимания оказался, по нашему мнению, важный этап, когда, возглавив комиссию, Сливовская провела первую в своём новом статусе польско-российскую конференцию, посвященную новейшей польской и российской историографии с публицистически заостренным подзаголовком: «Произошел ли поворот?». Действительно, в 1990-е годы и российская, и польская наука пережили тяжелые времена, вызванные системной трансформацией социально-политических отношений, в ходе которой Польской и Российской академиям наук удалось сохранить и возродить на новых основах традиции российско-польского научного сотрудничества. Это в полной мере касалось и Комиссии историков России и Польши. Не случайно конференция 1999 г. была посвящена новейшей историографии, поскольку тогда, более двадцати лет тому назад, как и сегодня, нам предстояло ответить на вопросы об оценке сделанного, о дальнейших путях развития исторической науки и о задачах Комиссии историков. На конференции 1999 г., труды которой в полном объеме, к сожалению, не были опубликованы и не сохранились, развернулась дискуссия между, говоря условно, «традиционалистами» и «обновленцами». Первые утверждали, что достижения историографии 1980-х годов оптимальны и лишь нуждаются в дополнениях в контексте раскрытия так называемых белых пятен. «Обновленцы», напротив, заявляли, что сам факт крушения СССР является якобы неопровержимым доказательством несостоятельности и ложности как методологии, так и содержания, условно говоря, всей «советской» историографии, что вся историография новейшей истории должна быть создана заново и на новых идеологических основаниях. В связи с этим встает вопрос, какое содержание в понятие «поворот», вкладывала Сливовская, когда формулировала тему конференции. Она сама говорила, что не приемлет превращение исторической науки в «мартирологию», т.е. идеологического отрицания предшествующей историографии. Она выступала за исследование истории во всей ее противоречивости, против как коммунистического, так и антикоммунистического догматизма, против национальной ограниченности исторического знания, тем более против националистического толкования прошлого как польским обществом, так и российским. Как констатировали П. Глушковский и В. Цабан, аналогичные вопросы встают перед российскими и польскими историками и сегодня.
13 Тема места и роли России, а также значения польско-российских отношений в международной политике и в развитии культуры европейских народов была поднята в докладе И. Шиллер-Валицкой «Профессор Анджей Валицкий и его видение исследования России и русской общественной мысли». Действительный член Польской академии наук Анджей Валицкий (1930−2020) широко известен в России как выдающийся философ и историк, как специалист по истории русской общественной мысли и русской литературе XIX−XX вв. (см. [1]). Его труды получили заслуженную высокую оценку в нашей стране, что только подтверждается их многочисленными переводами на русский язык. В центре представленного доклада были вопросы сотрудничества А. Валицкого с Комиссией историков России и Польши, а также проблемы формирования образа России в общественном сознании современной Польши, чему была посвящена последняя книга Валицкого, опубликованная незадолго до его кончины. На основе материалов данной книги, личного архива ученого, а главное, личного общения И. Шиллер-Валицкая показала, что Валицкий выступал последовательным критиком политики нынешнего польского правительства в отношении России. Он исходил из общности исторической судьбы народов России и Польши, обосновывая этот тезис философски, исторически и с культурно-исторической точки зрения, несмотря на своеобразие польской и российской цивилизаций. С политической точки зрения, из этого вытекала объективная потребность конструктивного сотрудничества и взаимного учета интересов двух стран в рамках единого европейского пространства.
14 Как уже отмечалось в докладе Ю.А. Петрова, одно из главных направлений в работе Комиссии историков со времени ее основания была публикация и введение в научный оборот исторических источников. Среди достижений последних лет в этой области он отметил работу А.Ф. Носковой над публикацией документов по истории российско-польских отношений 1943−1945 гг. С докладом об этой публикации на конференции выступила и сама А.Ф. Носкова («Комиссия историков России и Польши и новейшие публикации архивных документов по истории советско-польских отношений»). Задачей доклада, по ее словам, было проанализировать ход работ над проектом Федерального архивного агентства России по изданию специального сборника «СССР и польское военно-политическое подполье». Хронологические рамки публикации: апрель 1943 г., когда были приостановлены официальные отношения СССР и польского правительства в Лондоне, и до конца 1945 г., когда на освобожденной Красной армией территории Польши власть перешла к объединенным вокруг Польской рабочей партии (ППР) левым силам. Отбором документов, их источниковедческой критикой и научным комментированием занимался главным образом Институт славяноведения РАН, причем на долю Носковой как составителя и комментатора легла основная тяжесть работы. При выявлении необходимых документов был принят за основу принцип сочетания впервые вводимых в научный оборот архивных источников и уже изданных, в том числе рассекреченных в СССР/России советских материалов, а также материалов польского, английского, американского происхождения, опубликованных за рубежом, включая англоязычные издания документов польского правительства и его подполья.
15 Важное место в работе конференции заняли доклады по истории Комиссии. В центре внимания доклада Л.П. Марней «Научные связи России и Польши (СССР–ПНР) во второй половине 1980-х – начале 1990-х годов: двусторонние комиссии – опыт сотрудничества» оказался кризисный период в истории России и Польши, когда обе страны, пройдя через период распада социалистической системы вступили в сложный этап социально-политической трансформации. В эти годы произошли существенные изменения в системе научных учреждений обеих стран, возник ряд организаций, комиссий и групп, претендовавших на роль организатора и координатора международного научного сотрудничества, а разногласия в оценках тех или иных исторических событий и процессов становились основанием для политических интриг и кадровых манипуляций, когда критически нарушилась выстроенная ранее система научных публикаций, в том числе и публикаций трудов Комиссии историков России и Польши. Думается, что представленный доклад Марней станет важным шагом в исследовании этого сложного и противоречивого периода в развитии сотрудничества и контактов историков России и Польши.
16 К вопросам истории Комиссии обратились сотрудники Казанского университета И.И. Шарифжанов и В.Е. Туманин, выступившие с докладом «Казанский университет и деятельность Комиссии историков России и Польши», который заслуживает особого внимания, по меньшей мере, по двум причинам: во-первых, сотрудничество с региональными центрами России и Польши всегда было одним из основных направлений работы Комиссии, что остается ее важнейшей задачей и сейчас. И во-вторых, в 1990-е годы Казань и Казанский университет внесли в этот трудный период важнейший вклад в работу Комиссии, став центром проведения ряда научных конференций, в организации которых огромная заслуга принадлежит члену Комиссии профессору, заслуженному деятелю науки РФ И.И. Шарифжанову.
17 На октябрьской конференции 2021 г. в Москве главное внимание было уделено задачам и перспективам работы Комиссии историков России и Польши. Обзор конференции был бы не полон, если не остановиться кратко на применении в ее работе передовых цифровых технологий. В начале обзора мы писали, что конференция вынужденно проходила в онлайн-формате, что было нашим первым опытом в проведении российско-польских научных форумов. Однако тема цифровизации этим на конференции не ограничилась. С докладом выступил директор Института истории науки ПАН профессор Я. Сошиньский («Цифровизация в гуманитарных науках и ее важность для российско-польских исследований: на примере исследования происхождения книг»). В докладе речь шла о значении для науки создания «банка» электронных копий материалов архивных и библиотечных собраний, имеющих особое значение для исследователей из разных стран. В этом отношении тезисы Я. Сошиньского перекликались с предложениями, выдвинутыми Б.Н. Флорей. Вместе с тем польский ученый на конкретных примерах (в том числе изучения книг из библиотеки Н. Коперника) показал, как составление компьютерных баз данных и оцифровка редких книжных собраний помогает значительно интенсифицировать процесс реконструкции тех или иных книжных собраний, которые ранее считались утраченными, будучи рассеяны по самым разным книгохранилищам, в том числе заграничным, в результате войн и различных политических катаклизмов.
18 Подводя итоги конференции, профессор Лешек Заштовт и профессор Ю.А. Петров констатировали, что проделанный анализ и внесенные рекомендации свидетельствуют о позитивном характере сотрудничества историков России и Польши, что Комиссия историков России и Польши, опираясь на накопленный потенциал, уверенно строит планы на будущее, и выразили надежду на их успешную реализацию.

References

1. Nosov B.V. Istoriia russkoi obshchestvennoi mysli XIX – nachala XX veka v nauchnom nasledii Andzheia Valitskogo. Slavianovedenije, 2021, no. 3, pp. 122−133. (In Russ.)

2. Tsaban V. Professor Viktoriia Slivovska – issledovatel’ istorii Rossii i ssyl’nykh poliakov v Sibiri XIX veka. Rossiia v pol’skoi istoriografii, Pol’sha v rossiiskoi istoriografii (k 50-letiiu Komissii istorikov Rossii i Pol’shi), ed. N.A. Makarov, Moscow, Indrik Publ., 2017, pp. 81–94. (In Russ.)

Comments

No posts found

Write a review
Translate